Юрий Петрович Курзанов

Фото: www.privetsochi.ru
Материал прислал А.Н. Мещеряков

В 1985 году к власти пришёл Горбачёв. Его гласность с перестройкой ещё не набрали оборотов, но уже потянуло свежестью, забрезжила надежда. С публикацией научных текстов по японистике я никогда не испытывал фатальных трудностей, но своих стихов опубликовать я всё равно так и не мог, а потому и придумал обходной путь: составить сборник из произведений востоковедов – как прежних, так и нынешних. В московском издательстве «Восточная литература» идея понравилась. Мой друг, китаист Гриша Ткаченко, сказал мне, что в Сочи живёт Юра Курзанов – человек, который хорошо знает неизданное творчество питерских востоковедов. В ноябре 1985 года я полетел к нему за консультацией. Гришины сведения подтвердились лишь отчасти, стихов востоковедов у Юры не оказалось, но зато я познакомился с незаурядным человеком.
Юра сначала учился китайскому языку у Гриши в Институте военных переводчиков, но потом сообразил, что не хочет быть военным и отказался принять присягу – случай скандальный и редкостный. Потом он перебрался на учёбу в Ленинград, но там у него не сложились отношения. По Гришиному определению, Юра «думал, что очутился в храме науки, а попал в конюшню». Так что он снова вернулся в Сочи.

Юра был суровым потомком старообрядцев, лёгким характером не отличался, выглядел много старше своих лет – будто бы был изначально сработанным из материала крепкого, но траченного временем ещё до его рождения. Жизнь давалась ему трудно – год шёл за два, обнажались залысины, борода прирастала ранней сединой. Когда я познакомился с Юрой, ему было 33 года. В известном мне послужном списке значилась работа санитаром в психушке, но в моё время он уже стал лесником в Шахинском лесничестве, в Солох-ауле — неподалёку от Сочи. Русские осели в Солох-ауле во второй половине XIX века, когда они выбили отсюда убыхов, которые утекли в Турцию. Было странно смотреть на русские лица на фоне горского пейзажа.

Юра совершал обходы огромного участка, над которым он был поставлен хозяйствовать, перебирался через порожистые ручьи по лианам, валил лес, заготавливал для государства фундук и каштаны, сажал деревья. И всё это – меньше, чем за 40 рублей в месяц. За такие деньги можно было существовать лишь обзаведясь приусадебных хозяйством, но у Юры его не было. Он был человеком книжным, и всё свободное время отдавал чтению чужих и сочинению своих текстов.
Солох расположен не так высоко, но зимой жить там было совсем непросто. В декабре 1986 года Юра писал мне: «Час тому назад я еле притащился в Шахинское – так отяжелел от влаги да и ещё по полной выкладке. Палил костры на Трёх Дубах и один коротал долгую ночь в балагане у красной печурки. Всю ночь – мокрый снег и крупа. Временами сильный ветер и почти постоянно туман. Шакальё. Волки – крупняк – в 25-ти метрах от балагана. Утром – орды горных птиц. Стал спускаться – шквальный ливень. Скользко: ноги не держат на склонах. Николай, Подсаженная и верховья Леки – в снегу, но с Бзогинского мосточка ничего не видно. Такой густоты туман…Кажется, работы наши закончены. Надолго ли? Ещё предстоит выкопать двадцать ям на разных высотах для забора грунта на пробы. А там – ещё что-нибудь придумают».

Помимо тяжёлого физического труда, Юра занимался в Солохе созданием музея Иуды Кошмана – русского крестьянина, который заложил там плантации самого северного в мире чая в начале XX века. Собственно говоря, создание музея и было основной целью пребывания Юры в горах. После смерти Кошмана плантации забросили, на их месте росли уже не зелёные кусты, а деревья с красно-кирпичными неживыми ветвями. Юра мечтал это место оживить и, по собственному определению, «в конце века жил его началом». Он составлял грандиозные планы по разведению чая, развитию туризма и промыслов – гончарных, бамбуковых и стеклодувных. Проекты адресовал начальникам – сочинским и московским. Эти проекты были полны настоящей поэзией, что вряд ли производило на начальство благоприятное впечатление. Вряд ли они испытывали энтузиазм, когда Юра, указывая на канонические портреты Ленина и Сталина с чайными стаканами на столе, именовал чай «партийным напитком».
Юра был человеком одержимым во всём, в том числе и в поэзии. Он писал много, датировал стихотворения с точностью до минуты и указывал место сочинения. Стихи были летописью его жизни. К стихам Юра относился с чрезвычайным почтением. «Моя поэзия была рождена задолго до меня. Она как бы меня поджидала». То есть Юра считал себя не столько Творцом, сколько сосудом, заполненным кем-то Другим. Это было правильное знание – многие замечательные поэты считали себя лишь скромными исполнителями высшей воли.

Во время первого посещения Сочи мне особенно понравилось стихотворение, эпиграфом к которому Юра поставил хайку Басё в переводе В.Н.Марковой:
В пути я занемог,
И всё бежит, кружит мой сон
По выжженным лугам.
Юрин же текст был такой:
Звонкая лютня –
Дождик с утра.
Вновь в моей чарке
Осени влага!
Посох, сума…
И долой со двора
Жёлтые кости,
Звёздный бродяга!

Я три раза навещал Юру в Солохе в его незатейливом доме, забитом книгами и рукописями. Выше по склону торчало засохшее дерево. Я часто видел застывшего на его вершине ястреба, казавшегося частью композиции гениального дальневосточного мастера. Внизу шумела перекатами чистейшая река Шахе. Бросившись в её ледяную воду, ты выскакивал на усыпанный камнями берег с ощущением жаркого счастья. Место было по-настоящему поэтическим, Юра очень любил его.
Общение с Юрой было красивым. Мы писали стихи и прикрепляли листочки к стенам Юриного дома. Именно так поступал японец Ёсида Канэёси (Кэнко-хоси) в XIV веке.

Ассортимент местного продовольственного магазина был чрезвычайно скуден. Я питался земляникой со склона и запивал её парным молоком, которое покупал у тёти Ани — обладательницы рыжей коровы. Когда я утром выходил из дома с бидоном, всякий раз мимо меня прокатывался огромный чёрный бык, выбивавший искры из каменистой дороги, и я прятался в колкие кусты ежевики на обочине. В Солохе всё вырастало до таких размеров, с которыми не могли тягаться среднеполосные создания. Сам Юра был тоже велик объёмом и ростом, но шагал по горам широко, я за ним не поспевал, хотя всегда считал себя лёгким на ногу и весил на тридцать килограммов меньше. Гадюки в Солохе были толщиной в мускулистую руку, они бодрствовали даже удушливыми июльскими ночами – недовольно шипели, когда я выходил помочиться с крыльца. Когда местная свинья в чёрных пятнах заваливалась в огромную лужу, та выходила из берегов. Светляки не отсиживались в траве, а мощно толклись во влажном воздухе, словно выпущенные из ракетницы осветительные огни. В окрестностях Солоха слонялись и разоряли пасеки медведи, бродили вооружённые автоматами банды подпольных старателей.

Юра боялся запоев и собственной непредсказуемости. Перед своим приездом в Москву, где он всегда останавливался у меня, он писал: «Водочки припаси, но только не отходи от меня ни на шаг». От того тёмного, что в нём было, Юра спасался физическим трудом, который шёл на пользу его душевному здоровью. Я писал про него:
Лопата, грабли, коса –
чтоб с почвой полюбезничать.
Ветер, выметающий сорные мысли.
И молчанье.
Слышащий его
за скрежетом пилы
обладает великим ухом,
соединённым с пуповиной земли.
Слава ядро выколупывающим
из пустоты.

Мне хорошо писалось в Солохе. Цикл «Пятый угол» — это оттуда. Юре этот цикл нравился. «Я люблю Твои стихи, написанные в Шахинском. В них есть непосредственно-поэтическое усмотрение, и чистота, и наша дружба. Я часто возвращаюсь к ним, даже если листочки далеко от меня. Это заповеданность древних путей общения, это зов сердца». С тех пор прошло почти тридцать лет, но эти простые слова по-прежнему трогают сердце.

Юриных стихов сохранилось у меня много – в Солохе у Юры не было соразмерного его личности собеседника, он писал мне часто. И в каждом письме были стихи, переписанные убористым почерком. Если отвести листок чуть подальше, строки напоминали прихотливый ход насекомого. «Жить бы нам всем вместе и порознь: пьянствовать, чаёвничать, писать!… И – умереть каким-нибудь божественным осенним днём» — мечтал Юра. Несмотря на молодость, ощущение смерти было в Юре очень сильно. Строя планы, он всегда добавлял: «Если буду жив…».

Юра писал длинные и обстоятельные письма, в которых долго тлеет ручное тепло. Набранных общечеловеческим кеглем нынешних электронных записочек никто не хранит, тепла в жизни становится меньше. Одно время я действительно подумывал о том, чтобы купить в Солохе какую-нибудь развалюху.

Юра ушёл в горы от тёплого моря, где провёл детство и юность. Но он всегда, по собственному признанию, «болел» горами. Стихов про море он не писал, зато горы вдохновляли.
Я выйду в утро, пусть ещё темно,
И встречу солнце с лесом и горами,
И, как ребёнок, чистыми глазами
Увижу изумруд и серебро –
Вот чай в цвету и иней ноября,
И воссоздать единство их бессильны
Перо и кисть.
Лишь те плоды обильны,
Что нам дают и небо, и земля.

Юра много писал о покое, который даровали горы его любимым китайским и японским поэтам, но Юрина натура была слишком деятельной, чтобы самому обрести там покой. Он мечтал о сообществе горных поэтов, но никто не последовал за ним. Письма он подписывал иероглифами «Горный отшельник из цветочной хижины», свою комнату называл «кельей», себя — изгоем. Своей подруге, оставшейся в приморской долине, он писал:
А меня, что ни день, то знобит –
Осень прошлая, осень опять.
Вот и чай по пиалам разлит,
Только некого больше встречать.
Слышу – мост над ручьём проскрипит –
Встрепенусь: уж не ты ли ко мне?
И вналёт тишина полонит,
И туманное утро в окне…
Видно, всё же ушёл далеко.
Знать, покой не достигнут пока.
Без тебя, без тебя рассвело.
Облака лишь вокруг, облака!

Стихотворение называется «Прощание в облаках». Оно обращено не только к женщине, но и ко всем близким Юре людям. Мне же Юра писал: «В горах я должен жить совершенно один, иначе не будет ни меня, ни гор». Юра был настоящим поэтом и не пытался управлять своими настроениями. Он просто шёл за ними. «Следовать за ветром – великая радость,» — написал он мне как-то раз по-китайски. Настроения у него бывали разные. Противопоказанный язвеннику тяжёлый физический труд, нищета, борьба за музей, неразбериха с личной жизнью всё больше разрушали его организм.
Юра имел обыкновение писать стихи с посвящениями. Несколько стихотворений посвятил он и мне. Все они мне очень дороги. Приведу одно.
Поворот на Шахе…
И культуры, и годы –
В лёгкой дымке пейзаж…
И два путника,
Странные лики природы,
И на каждом –
Соломенный плащ!

Остаётся добавить, что свой сборник стихов «Линия жизни», который вышел в 1990 году, я подписал Юре с такими словами: «Куда завела нас эта линия – мы уже знаем. Куда приведёт – то неведомо». В последний раз Юра посетил меня зимой 1994 года. К этому времени он ушёл из гор и спустился в долину, писал реже и всё чаще по делу, «горным отшельником» больше не подписывался, все его силы уходили на не всегда понятные мне бизнес-проекты, к которым он пытался присоединить и своих московских знакомых, но те оказались к тому приспособлены мало. Юра, впрочем, тоже. Ему всюду мерещились недоброжелатели и враги, что, учитывая тогдашние мафиозные нравы, было, видимо, недалеко от истины. Мне кажется, что Юра стал заниматься не свойственным ему делом.

Перейдя из наблюдателей жизни в её делатели, Юра перешёл на прозаический слог, но всё равно мечтал провести остаток своих дней в монастыре. После того последнего визита он куда-то запропастился. Уезжая, оставил такую записку-предчувствие: «Я уехал, душа моя. Если не с тобой, с кем быть? Но даже не так. Нам быть не надо. Мы уже были».

Судя по скудным и косвенным интернетовским данным, Юры с нами уже нет. Он был большим человеком со многими болезнями и непредсказуемыми поступками. Но музей Кошмана в Солох-ауле всё-таки есть, и это Юрина заслуга. Жаль, что Юра не увидел своих стихов напечатанными. Он этого хотел. Свою книжку «Герои, творцы и хранители японской старины» я подписал ему так: «Когда-нибудь сыщется человек, который напишет и о нас». Вот я и написал. Жаль, что Юра этого не прочтёт. Он бы обязательно написал что-нибудь в ответ 2 фото 2 изображения
  •  
    По теме
    Так повелось, что атаман на Кубани испокон веков – обязательный участник важнейших событий в жизни станичников.
    17.07.2018
    Сочинская правда. Часть 1 - PrivetSochi.Ru Постоянно на разных сочинских ресурсах вижу ностальгические сопли по поводу «Сталинских санаториев для трудового народа».
    16.07.2018
    20-22 июля в Сан–Франциско (это в США) пройдёт Кубок мира по олимпийской версии регби – «регби-7».
    16.07.2018
     
    С сегодняшнего дня, 16 июля 2018 года, в гостиницах, пансионатах, санаториях и гостевых домах Анапы, Геленджика, Горячего Ключа, Сочи, Джубги, Небуга, Новомихайловского и Шепси взимают курортный сбор.
    16.07.2018
     
    ​Портал «Юга.ру» сменил главного редактора - Югополис Новым главредом стала Александра Прохоренкова-Аксёнова. Александра Прохоренкова-Аксёнова  facebook.com Журналист и редактор Александра Прохоренкова-Аксёнова стала новым главным редактором портала «Юга.ру»,
    16.07.2018
    При попытке найти жилье для бронирования сервис выдает фразу «К сожалению, в данный момент на нашем сайте невозможно забронировать проживание в Крыму с целью отдыха».
    16.07.2018
     
    Сегодня в Сочи официально работают, то есть прошли квалификацию с получением соответствующей категории, 2 285 средств размещения.
    16.07.2018
      Прокуратурой Тимашевского района проведена  проверка  соблюдения законодательства о противодействии пропаганде нацистской символики,
    16.07.2018
    Фото: mycdn.me Полицейские, разыскивающие пропавших детей, смогут оперативно получать данные геолокации с их мобильников или других девайсов.
    16.07.2018 Кубанские Новости
    – Недавно мой супруг признался, что у него есть сын от другой женщины. Может ли внебрачный ребенок претендовать на имущество  отца, хотя с ним никогда не жил и дом строить не помогал?
    16.07.2018 Газета Единство
    К сожалению, сегодня Алину Кузнецову нельзя увидеть на сцене – пять лет назад она ушла из театра.
    16.07.2018 Кубанские Новости
    В День фотографа на «Молодежном Арбате» прошла очередная выставка «Фотосушка».
    14.07.2018 Армавирский Собеседник
    Лето – это маленькая жизнь… - МО Темрюкский район В Темрюкском районе продолжается смена в палаточном лагере «Кадет-2018», в котором отдыхают 110 учащихся классов казачьей направленности, участники Темрюкского отделения Союза казачьей молодежи Кубани.
    17.07.2018 МО Темрюкский район
    Весна пятьдесят девятого. Павловский «Урожай» принял Станислав Семенович Шмерлин, ставший впоследствии самым известным кубанским футбольным тренером.
    17.07.2018 Газета Единство
    В минувшее воскресенье в "Лужниках" состоялся финал Мундиаля, в котором сборная Франции обыграла команду Хорватии со счетом 4:2.
    16.07.2018 Новости Сочи
    Постановлением Правительства РФ от 27.03.2018 № 331 внесен ряд поправок в правительственные акты, касающихся деятельности по управлению многоквартирными домами и содержанию общего имущества собственников помещений в МКД.
    16.07.2018 Газета Единство
    На заседании городской Думы парламентарии заслушали информацию представителей филиала АО «НЭСК-электросети» «Краснодарэлектросеть» и ПАО «Кубаньэнерго» Краснодарские электрические сети по поводу ситуации с частыми отключ
    16.07.2018 Администрация города Краснодар